RAEX

Топ-20 крупнейших российских аудиторских компаний

Карта сайта | English

«Профиль», № 798, «Либеральная витрина: Медведева в Давосе слушали внимательно, но аплодировали сдержанно»

Либеральная витрина: Медведева в Давосе слушали внимательно, но аплодировали сдержанно

Ничего сверхъяркого в выступлении российского премьера на ВЭФ не было

В Давосе Дмитрий Медведев безуспешно пытался убедить западных инвесторов и политиков, что Россия продолжает двигаться по пути реформ.

На минувшей неделе в швейцарском Давосе прошел очередной Всемирный экономический форум (ВЭФ). В этом году Россия высадила в Альпах мощный десант — официальную делегацию возглавлял премьер-министр Дмитрий Медведев. В ее составе были не только вице-премьеры и министры правительства, но и бизнесмены, и либеральные экономисты во главе с экс-руководителем Минфина Алексеем Кудриным. Как отметил вице-премьер Аркадий Дворкович, Медведев представлял Россию на форуме уже в третий раз, и всем было известно, who is mister Medvedev. Очевидно, что таким образом Россия хотела повернуться к Западу «либеральным» лицом, убедить инвесторов, что страна не сворачивает с пути реформ. Дмитрий Медведев дал несколько больших интервью, в которых изложил свое видение ситуации в России и в мире.

В первый день работы форума премьер участвовал в основном пленарном заседании «Сценарии для России».

Эксперты ВЭФа разработали три возможных варианта развития событий в нашей стране в зависимости от конъюнктуры глобальных сырьевых рынков, темпов проведения институциональных реформ и степени региональной интеграции или дифференциации. Все три сценария (сценарий низких сырьевых цен; сценарий высоких цен, но низкого уровня проведения институциональных реформ; сценарий увеличения региональной дифференциации) оказались не слишком оптимистичными для российской экономики. Один из сценариев представил в Давосе Алексей Кудрин, который, как известно, неоднократно выступал с публичной критикой действий российского правительства. Он заявил, что Россия в 2013 году сумеет достичь роста ВПП только в 3,5%, и назвал этот рост низким при ожидающихся ценах на нефть. Необходимы реформы, в очередной раз доказывал Алексей Кудрин, но они не проводятся. При этом экономисты и инвесторы назвали главными проблемами страны плохое управление, порождающее коррупцию и прочие неприятности.

Корреспондент The International Herald Tribune назвал презентацию сценариев «судом» и отметил, что «Медведев отважно высидел этот «суд» до конца, прежде чем высказался сам». Впрочем, ответное выступление премьера было довольно спокойным. Он заявил, что считает предложенные варианты слишком пессимистичными и далекими от реальности. «Ни один из них не кажется мне абсолютно реалистичным», — подчеркнул он, и выразил уверенность, что российская экономика не рухнет при резком падении цен на углеводороды. По его мнению, главная угроза для экономики России не плохое управление, а внешнеэкономическая нестабильность плюс неконкурентоспособность российских компаний. Медведев также изложил основные направления деятельности правительства.

Речь премьера фурора не вызвала. Он часто говорит правильные слова, но хотелось бы видеть за ними конкретные дела, отмечали в кулуарах участники форума. В итоге, по выражению журналистов газеты Les Echos, между Давосом и Россией произошел «диалог глухих». Зато весьма интересным получилось интервью Дмитрия Медведева агентству Bloomberg, поскольку ему пришлось отвечать на неудобные вопросы о его возможном участии в президентских выборах 2018 года, Сергее Магнитском, «Газпроме» и российских сиротах. Говоря о выборах, премьер заявил, ситуация конкуренции за высший пост между ним и Владимиром Путиным невозможна: «Я считаю, что это было бы неправильно. Я думаю, это невозможно. Мы относимся к одной политической силе, зачем нам конкурировать?» В ответ на ожидавшийся вопрос о теме усыновления Дмитрий Медведев отделался общими словами: «Важно, чтобы эти вопросы решались внутри нашего государства, как это происходит в большинстве развитых экономик… Мы должны работать для того, чтобы наши дети, в том числе не имеющие родителей, чувствовали себя нормально в нашей стране». Более жестко он высказался по делу Магнитского. Медведев заявил, что не считает скончавшегося в следственном изоляторе юриста Сергея Магнитского борцом за правду, который пострадал за некие собственные расследования: «Он был корпоративным юристом или бухгалтером, отстаивал интересы людей, которые его наняли. Он не борец за правду. Тем не менее его, естественно, жалко, потому что он скончался в тюрьме».

Что касается волнующего Запад вопроса о будущем «Газпрома», то тут премьер сообщил, что допускает отказ от монополии этой госкомпании на экспорт газа. «Я думаю, что если это и делать, то максимально тщательно рассчитав все последствия. Потенциально это возможно, потому что сейчас у нас существуют другие независимые поставщики газа. Но мы не должны потерять деньги, и это самое главное». Говоря об условиях работы «Газпрома» на европейском рынке, Дмитрий Медведев отметил, что Россия не возражает против антимонопольного расследования, проводящегося европейскими структурами, если они проходят в соответствии с законом.

Эксперты считают, что заявления Дмитрия Медведева свидетельствуют в первую очередь, что он очень хочет остаться в политике и выглядеть хотя бы «сопредседателем». Но для этого ему нужно проявлять лояльность в отношении президента Путина. В то же время премьер хочет угодить и оппозиции, и Западу. Но сделать это очень трудно, а скорее всего, невозможно. В итоге, по мнению заместителя директора Центра политических технологий Алексея Макаркина, Медведев вызывает раздражение как у своих вчерашних союзников либералов, так и у оппонентов-силовиков. «Что касается Запада, то там предпочитают иметь дело с теми, кто реально управляет страной», — полагает он.

В целом российские власти стремились показать в Давосе свою открытость миру и приверженность либеральным экономическим идеям, полагают эксперты. Имидж надо улучшать, а Владимир Путин многими на Западе воспринимается чуть ли не как диктатор. Именно поэтому во главе российской делегации оказался Медведев, а в ее составе было много экономистов-либералов, в том числе и Кудрин, известный своим критическим настроем по отношению к премьеру. «Кудрин в течение длительного времени занимал пост министра финансов, неоднократно принимал участие в этом форуме, его хорошо знают иностранные партнеры, — считает замгендиректора аудиторской компании МКПЦН Елена Южакова. — Его присутствие в делегации, наверное, имеет определенную выгоду. Некоторые эксперты полагают, что участие Алексея Кудрина в этом мероприятии должно свидетельствовать об открытости правительств, в том числе к критике».

При этом аналитики отмечают, что есть и объективные причины, которые подталкивают Кремль к более активному диалогу с иностранными инвесторами. «Сейчас власти испытывают разочарование. Обычно после вступления в ВТО в страну начинают поступать иностранные инвестиции. А в России пока этого процесса не наблюдается. Ведь у нас множество отраслей, куда могут быть привлечены инвестиции. Но иностранные инвесторы особо не спешат: к примеру, построить отель где-нибудь в Юго-Восточной Азии в несколько раз дешевле, чем у нас на Северном Кавказе или на Байкале, да и других барьеров у нас пока предостаточно, — отмечает руководитель отдела бизнес-оценки, «Финэкспертизы» Александр Дорофеев. — Но раз уж Россия пошла по пути открытости экономики, то хочешь не хочешь, а необходимо как-то встраиваться в мировое разделение труда, искать новых торговых партнеров и инвесторов. Это сейчас актуально, как никогда ранее. Вероятно, именно поэтому в Давос приехала столь представительная делегация от России».

Удалась ли миссия Медведева? Конечно, никто в российском правительстве не оценивает экономическую эффективность подобных массовых выездов в Альпы с точностью до копейки. «Даже задачи такой не ставится, — говорит директор московского офиса компании TaxConsulting UK Эдуард Савуляк. — Поэтому решение принимается, исходя из формулы «слетать надо, хуже не будет». Тем не менее некий осадок всегда остается. Судя по всему, у иностранных инвесторов усиливается ощущение разрыва между словами и делами российского руководства, сегодня они ждут не слов о реформах, а самих реформ. А кроме того, роль второго номера играет с Медведевым злую шутку — его не воспринимают, как человека, который принимает ключевые решения. Так что, скорее всего, все остались при своих — инвесторы ждут от России ощутимого улучшения условий ведения бизнеса, а Россия уверяет, что делает все, что может.